Rose debug info
---------------

Подписка на блог

Customize in /user/extras/subscribe-sheet.tmpl.php.

Sample text.

Twitter, Facebook, VK, Telegram, LinkedIn, Odnoklassniki, Pinterest, РСС JSON Feed

Sample text.

Шесть разных исторических типов денег

Рекомендую начать изучение со следующих статей:
Схема финансовой действительности
Схема финансовой пирамиды
Схема финансовой действительности предпринимательской деятельности

«Шесть разных исторических типов денег:

Первый — это монетарные деньги. Они были, когда был „дикий“ капитализм. Это то, что описывал Маркс, а до него А. Смит. Это — металлические, полноценные деньги. Они носили средовой характер, т. е. они в среде обращались. Государство к ним не имело никакого отношения. И они опосредовали товарные сделки. Этих денег сейчас уже почти нет.

Но в некоторых местах иногда присутствуют. А в нашей стране эти монетарные деньги устроены специфически: наши рубли наглухо „прицеплены“ не к золоту (как было раньше), а к американским долларам и европейским евро. Рубли у нас устроены тоже по монетарному принципу.

Второй тип — это инфляционные, бумажные деньги. Это — то, что придумал Джон Мейнард Кейнс в 1929-33 годах. Он был министром финансов Великобритании. И он придумал способ, как вытащить Великобританию из глубочайшего кризиса — из „Великой депрессии“, в которую весь мир попал. Он придумал такую штуку: нужно выпускать бумажные ассигнации в большом количестве. Но не просто выпускать в экономику, а под конкретные общественные работы. Отсюда в частности, взялась вся знаменитая американская сеть автомобильных дорог, которая сейчас существует. Она возникла именно тогда. Безработных людей нанимали, платили им эти бумажки за разные общественные работы, в т.ч. за строительство автомобильных работ. Идея состояла в том, что если организовать общественные работы в большом количестве, то они за собой „потащат“ другие виды частной деятельности: строительству дорог нужен в большом количестве асфальт, машины нужны, а тем, в свою очередь, нефть нужна, металл и т. д.

Кейнс (а в Америке — Рузвельт) действительно вытащил экономику из кризиса с помощью нового типа денег. Но тем самым он породил совсем другую проблему: инфляция стала просто катастрофической. И возникла необходимость придумать другого типа деньги. И придумали.

Так называемые предпринимательские деньги, или — „портфельные“. Для этого надо было (как необходимое условие) тотально технологизировать производственную деятельность, чтобы она была „прозрачной“. Чтобы предприниматель мог, как из кубиков, новые комбинации составлять. Соответственно, деньги превратились не просто в бумажки, а в бумажки с разной ликвидностью, которые выпускались под определенные проекты, но уже не государством, а особой фигурой — „предпринимателем“, которую Шумпетер детально описал в своей знаменитой книге „Теория экономического развития“.

Появился „предпринимательский капитализм“. Появился совершенно другой тип денег. Они до сих пор существуют, но в нашей стране — в очень ограниченном количестве.

Но там возникла другая проблема, с этим предпринимательским капитализмом. У нас сейчас считается, что „предпринимательство“ — хорошая вещь во всех смыслах. Особенно, если это — инновационное предпринимательство. А в США возникла не очень хорошая связь с этим предпринимательством. И в Штатах до сих пор не могут радикально решить эту проблему. Хотя, надо сказать, что немного улучшили ситуацию, когда сбросили производство в Китай, в Малайзию, вообще — в юго-восточную Азию.

А в чем проблема состояла? К чему инновационное предпринимательство привело? Не успеют новую какую-нибудь производственную установку поставить, придумывается и производится еще более новая и более производительная. Эту еще можно 10 лет использовать, а ее берут и выбрасывают, и ставят новую. А тут же придумывается еще более новая… В результате американцы стали потреблять порядка 70% ресурсов мира, давая вклад в мировой валовый продукт всего 40%. И появилась необходимость предпринимательство „попридержать“ немного, поскольку оно оказалась достаточно расточительной вещью: ресурсы нещадно уничтожались. Уровень жизни людей, конечно, улучшался при этом.

Нам хорошо: смотрите, каждый год — новые телефончики с новыми функциями. Да? Но для этого иногда приходится прямо под корень все выбрасывать, чтобы новую модель с какими-то существенно новыми характеристиками произвести и выпустить на рынок.

Для того, чтобы можно было сбросить в развивающиеся страны эти производства, надо было сначала обеспечить совершенно определенные условия. Ведь наши люди, чем от западных отличаются? Наши все время смотрят на результат какого-то желательного процесса. А западные люди все время смотрят на условия осуществления требуемого процесса. Вот, какие условия нужно создать, чтобы появились такие деньги (показывает на рисунок), или — такие деньги (как возможности)? Поэтому очень быстро догадались, что „предпринимательство“ — нужно.

Его нельзя уничтожать совсем, но необходимо сделать так, чтобы предприниматель не мог навредить системе в целом. Допустим, если изобрели производственный робот, а на заводе стоит конвейер, то, прежде чем конвейер выбросишь, а роботизированную технологию запустишь — завод полгода простоит. Ну, не полгода, так три месяца. А завод связан с множеством других производств связями кооперации деятельности. В результате в системе деятельности — большие потери. Как сделать так, чтобы предприниматель мог, как кубики, вставлять — выставлять свои ячейки производства при их модернизации, но при этом бы ничего не разрушалось? И очень быстро сообразили, что, если определенные общие системы — транспортные, энергетические, финансовые, информационные — превратить из производящих в инфраструктурные, то проблема будет решена. А „инфраструктура“ отличается от „производства“ тем, что она работает не на конечный продукт…

Инфраструктура создает условия и возможности для других. Энергетика нужна не для того, чтобы производить киловатт-часы электроэнергии, их продавать и получать прибыль. Как это было раньше, в доинфраструктурную эпоху. И как это у нас сейчас, в РАО ЭС. Транспорт нужен не для того, чтобы осуществлять перевозки, за это получать прибыль и, соответственно, богатеть. Транспортная инфраструктура создает условия для передвижения товаров других экономических субъектов.

Соответственно, стали превращать вот эти общие системы в системы, подчиненные государству. И государство не имело права на этом наживаться. Оно должно было поддерживать эти системы в нормальном функционировании…
Вот эти — сетевые структуры. А отдельные предприниматели при этом могли, когда понадобится, к любой подсоединяться, не тратя деньги на создание собственных обеспечивающих систем. Ну, как у нас до сих пр на Шелеховском алюминиевом заводе или на Ангарском нефтехимическом заводе? Там свой транспорт, своя энергетика… Всё-всё-всё своё. Как это было и на Западе при „диком“ капитализме. А у нас до сих пор это процветает. На Западе давно от этого избавились.

Например, на Кипре развернуты огромные технопарки, там все эти системы развернуты с огромными избыточными мощностями. Любой предприниматель может прийти, привезти с собой, например, проект по сборке новейшего велосипеда. Все инфраструктурные условия для этого уже есть. Он три месяца (или года, без разницы) производит свои велосипеды, рынок насытился, он свернул свое производство, никому не навредив. Уехал, а на его место приехал другой предприниматель собирать, например, новейшую модель компьютера. А все остальное — развернуто и работает в режиме непрерывного функционирования.

И предпринимателю не нужно на это тратиться. В результате — какой эффект возник? Как только американцы превратили эти сетевые структуры в инфраструктуры (т. е. в обеспечивающие), у них появилась возможность все производства сбросить куда угодно, и они никуда не деваются при этом. Китайцы производят и по американским инфраструктурам туда же, в Америку их везут. Т. е. тот, кто держит инфраструктуры — тот держит всё остальное. Поскольку инфраструктура — вещь монопольная… Электричество взял и выключил — и всё остальное остановилось, если там кто-то с чем-то не согласен.

А для всего этого уже нужны были совсем другие деньги сделать. Те деньги, которые и появились с 1944 года, с Бреттон-Вудского соглашения. Есть такой городишко на северо-востоке США — Бреттон-Вуд. Появились так называемые „геополитические деньги“. Вот эти доллары, которые с 1944 года ходят по всему миру, это — не портфельные деньги, это — не инфляционные деньги, не бумажные, и не монетарные. Просто — совершенно другие…

В 1971 году это всё отменили. Они были обеспечены сначала, чтобы заманить туда. Заманили пол мира, а потом сказали: „…ребята, мы золотой стандарт отменяем, на золото теперь эти бумажки не обмениваем, а вы, пожалуйста, рассчитайтесь с нами вашими товарами“. И Америка стала с 1971 года просто „пухнуть“ от богатства, получая со всех сторон разнообразные товары и ресурсы практически за даром. Почему? Потому что 100 долларовая бумажка обходится ФРС США примерно в 2 цента, а товар за нее получают на полноценных 100 долларов, т. е. в 5 тысяч раз больше, чем сами затратили на печать бумажек. А та ситуация с мировыми финансами, которая сейчас сложилась, свидетельствует о том, что назревает какой-то совершенно другой тип денег. Какой? — пока неизвестно. Какие деньги появятся и какие задачи они будут решать? — я думаю, что в ближайшее десятилетие мы узнаем.

Ну, и параллельно с „предпринимательскими деньгами“ (с 30-х годов) стал разворачиваться 4-й тип денег — „советская денежная система“. Это были такие расчетные знаки, которые нужны были, грубо говоря, для того, чтобы можно было валенки с танками складывать. Потому что впрямую они не складываются. Соответственно, Кржижановский со своей компанией инженеров по поручению советского правительства придумал такой расчетный коэффициент, который позволял всё пересчитывать. Это было возможно сделать, потому что советская система хозяйства изначально строилась как „единая фабрика“ (термин Ленина), как одна огромная корпорация, внутри которой рыночные отношения были ликвидированы и заменены распределительными отношениями.

И до сих пор, какой-нибудь „Газпром“ внутри себя ликвидирует всяческое денежное обращение и использует „самодельные“ расчетные коэффициенты, чтобы наладить определенные цепочки и т. д. Использует по типу то же, что было во всей системе Народного хозяйства СССР. И это делается во всех корпорациях мира. И в корпорации „Тойота“. И в „Дженерал моторс“ это есть. А первоначально было придумано Кржижановским для Советского Союза.

Вот, смотрите: „Российские денежные уклады“.

У нас в стране сейчас существуют все пять, которые я называл. И грамотные финансисты, особенно в Москве, особенно те, которые прошли методологическую школу, они этим очень даже эффективно пользуются. Если ты знаешь, как сыграть на „перескоке“ из советских денег в геополитические, или, там, в портфельные, а потом
назад, то на этом можно заработать просто бешеные деньги. При этом не нарушая никаких законов, поскольку наше нынешнее законодательство этого всего просто не различает и не видит.

„Деньгами“ является знак. „Деньги“ — это знаковая сущность. А вовсе не материал. А вот, где, в каком месте и как со знаками обращаются? Как действуют люди и для чего? — возникают разные деньги с разными функциями. А если ты понимаешь, что в этом месте работают деньги одного типа, а в этом — другого, или, например, советские деньги имеют длительный цикл оборота, а геополитические — очень быстрый, то на этом можешь сыграть. На этом и играют» [1].

Список использованных источников:

  1. Берёзкин Ю. М. МЕТОДОЛОГИЯ ФИНАНСОВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ : курс лекций / Ю. М. Берёзкин. — Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2015. — 232 с.
Подписаться на блог
Поделиться
Отправить
Запинить
 44   2020   финансы
Дальше